Люди, утверждающие, что для победы достаточно «отдать Донбасс», переодеть сотрудников ТЦК в другую форму и срочно провести выборы, фактически занимаются популизмом, заявляет нардеп Николай Княжицкий для Oboz.
Подпишись на наш Viber: новости, юмор и развлечения!
ПодписатьсяПодобные заявления могут быть либо проявлением безответственного стремления к власти, либо игрой на руку противнику. При этом признаётся одно: действующая власть демонстрирует низкую эффективность. Однако власть по ту сторону границы и её лидер несут куда большую угрозу.
Чтобы не утонуть в потоке новостей о «почти завершённых переговорах», стопроцентных гарантиях безопасности и громких заявлениях о скором финале войны, важно напомнить несколько ключевых моментов.
События, проходившие в Абу-Даби, по своей сути не являлись полноценными переговорами. Даже официальные сообщения называли их консультациями. Учитывая, что со стороны россии участие принимают представители военной разведки, речь скорее идёт о сборе и обмене данными, а не о реальном поиске политического решения. В существующем формате подобных встреч прекращение войны маловероятно.
Вопрос территорий в контексте завершения боевых действий имеет второстепенное значение. Даже гипотетический выход Украины к границам 1991 года не гарантирует прекращения ракетных ударов. Аналогично и возможная утрата отдельных регионов не остановит попыток их вернуть. Ключевым фактором остаются исключительно гарантии безопасности — то есть такие механизмы, которые сделают возобновление войны практически невозможным после её остановки.
В качестве таких гарантий рассматриваются разные варианты: вступление Украины в НАТО, размещение на её территории военных контингентов союзных государств, создание укреплённых линий обороны вдоль линии соприкосновения, а также развитие мощного ракетного потенциала, способного обеспечить зеркальный ответ на любые удары по украинским городам. Смысл подобных мер заключается в формировании для агрессора слишком высоких рисков повторного вторжения.
Именно поэтому возможное членство в Европейском союзе само по себе не может считаться военной гарантией безопасности, поскольку не создаёт прямых угроз для россии. В то же время идея формирования объединённой европейской армии на базе украинских вооружённых сил при коллективном финансировании и оснащении могла бы стать более весомым фактором сдерживания.
Заявления о «стопроцентной готовности» гарантий безопасности выглядят скорее элементом информационной кампании. При отсутствии официальных деталей остаётся опираться лишь на публикации западных СМИ, где говорится о некоем «отражении пятой статьи НАТО». Однако формулировки этой статьи не содержат прямого обязательства о военном ответе конкретной страны, что оставляет пространство для трактовок. К тому же трудно представить согласие российского руководства на условия, при которых безопасность Украины после войны станет прочнее, чем до неё.
Фактически вопрос окончания войны по-прежнему во многом зависит от решений одного человека.
Проблема заключается в том, что российский лидер продолжает верить в собственную картину происходящего: в ожидание российской армии на украинской территории, в поддержку местного населения и в якобы бережное отношение его войск к мирным жителям. В его окружении практически не осталось людей, готовых озвучивать информацию, противоречащую его убеждениям. Публичные заявления российских чиновников и региональных руководителей лишь укрепляют эту иллюзию. Звучат призывы продолжать удары по инфраструктуре, а официальные представители дипломатического ведомства говорят о необходимости «приближать момент» появления «дружественной Украины».
Таким образом, в российском руководстве отсутствуют как моральные, так и политические или экономические стимулы для прекращения боевых действий. Информационное пространство вокруг него формирует ощущение успешности происходящего и подкрепляет веру в вымышленную реальность.
Из этого следует вывод: конфликт будет продолжаться до тех пор, пока у россии сохраняются ресурсы для его ведения. Поэтому решающую роль играют не столько дипломатические встречи, сколько действия армии на поле боя.
Ранее "Знай" писал, что рф может использовать оружие массового поражения.
Также мы рассказывали, что россия хочет еще 4 области.
Кроме того, сообщали, рф лишь имитирует мирные переговоры.
